Ничто не предвещало беды

Акт второй. "Расследование".
На сцене - флешбэки. Вчерашний разговор в коридоре. Герой пытается вспомнить, как на него посмотрел начальник. Косо? Нейтрально? Или вообще не посмотрел? "Значит, я ничтожество". Мы с вами переглядываемся и понимающе киваем - герой выходит в расследовании сам на себя (как на причину такого письма и всяких выборочных аргументов в пользу собственной несостоятельности).

Акт третий. "Катастрофа".
На сцене - ну… конец? Герой уже не на работе, он на улице с картонной табличкой. У него нет другой работы. Ведь уволившись, нельзя устроиться на новое место (или можно?). Его семья отвернулась, друзья забыли. И вот ну никто из близких не поддерживает. (Никто? Никак? Совсем?) И всё началось из-за точки в конце письма. Оркестр играет траурный марш. Занавес.

Мы с вами аплодируем. Потому что это блестящая постановка. Но когда включается свет и мы выходим из театра, я хочу спросить: "А кто, чёрт возьми, продал нам эти билеты? И главное - зачем мы их купили?"

(Актер, игравший секретаря улыбается и подмигивает нам с вами издалека.)